Вилла семьи Ломбардо утопала в зелени. Стоящая в отдалении от центра знаменитого курорта, на самом берегу океана, она была похожа на сказочный белоснежный дворец. Тщательно обрабатываемая садовниками почва щедро платила дань обитателям райского уголка: невиданных оттенков и форм цветы радовали глаз, сочная густая зелень вековых хвойных великанов охраняла покой и тишину этого благословенного уголка земли. Между белоснежным домом причудливой архитектуры и необозримым океаном прихотливой рукой зодчего в изумрудность лесов был вписан бассейн замысловатой формы, а наверху совмещался с солярием другой бассейн, окаймленный петельчатым кружевом белой балюстрады. Много знойных часов проводили обитатели дома и их частые гости под разноцветными зонтиками рядом с небесно-голубой гладью бассейна: встречались с друзьями, загорали, читали и просто ничего не делали. С солярия открывался чудесный вид на океан, неустанно кативший свои волны, и берег Акапулько, радостно встречающий их. Глаза обитателей дома привыкли к этой вечной красоте, она не казалась никому из них чем-то необыкновенным и воспринималась как данность, – по-иному они не мыслили своего существования, – так же как бедняк, выросший в нищете, привык созерцать убогие стены убогого жилья. Но, как говорится, каждому свое…

Кого нельзя было представить лениво нежившимся долгие часы около бассейна, так это хозяина виллы Ломбардо, молодого сеньора Антонио. Нескончаемые дела строительной фирмы заставляли его колесить по стране, и редко когда удавалось застать Антонио в конторе или домашнем кабинете. Наследник своего отца, умершего несколько лет назад, он с детства не привык к праздности, хотя состояние и позволяло ему вести жизнь легкомысленного повесы – жизнь, которую вели люди его круга, дети богатых семей Акапулько. Правда, иногда и он, отрешившись от дел, любил поехать на вечеринку, где собиралось привычное общество. Он нравился женщинам, привлекая их и умом, и богатством, и мужественной красотой.